Поиск по сайту

Наша кнопка

Счетчик посещений

33413986
Сегодня
Вчера
На этой неделе
На прошлой неделе
В этом месяце
В прошлом месяце
1330
9220
71092
31273620
202479
267230

Сегодня: Окт 21, 2019




Есениниана офицера С. П. Юрчука

PostDateIcon 06.12.2010 09:38  |  Печать
Рейтинг:   / 2
ПлохоОтлично 
Просмотров: 3993

ЗИНИН С. И.

Есениниана офицера С. П. Юрчука

В Музее Сергея Есенина в Ташкенте хранятся прижизненные издания поэта. Мало кто знает, что музейная прижизненная есениниана была создана на базе личной коллекции москвича Сергея Прокофьевича Юрчука (1904–1978).

В 1975 году книголюбы столицы Узбекистана готовились отметить 80-летие со дня рождения С. А. Есенина. Для выставки потребовались экспонаты, которые могли в то время дать только энтузиасты. В моей коллекции книжных знаков хранилось несколько десятков экслибрисов есенинской тематики. Их хватило бы только на небольшой стенд, что не удовлетворяло организаторов выставки. Пришлось обратиться за помощью к коллекционерам книжных знаков, с которыми вел активную переписку и обмен экслибрисами. Одним из первых откликнулся Сергей Прокофьевич Юрчук, предложив для выставки книжные знаки, графически освещающие творческие вехи русского поэта. Так я оказался в гостях у этого замечательного человека.

Жил отставной морской офицер С. П. Юрчук в небольшой квартире возле станции метро «Текстильщики». Он недавно перенес большую личную драму: в трамвайной катастрофе погибла его жена. В комнате бросалось в глаза обилие книг. Но вскоре выяснилось, что не ими гордился хозяин. Самым ценным вещам были выделены отдельные небольшие книжные  шкафы. В одном из таких шкафов хранилась великолепная подборка книг о Великой Отечественной войне, где выделялись мемуары известных военноначальников, биографии полководцев, исторические и художественные издания о подвигах советских воинов. Сам С. П. Юрчук о войне знал не понаслышке. Он прослужил в Военно-Морском флоте, участвовал в боевых операциях, имел награды, вышел на пенсию в чине старшего офицера.

В другом шкафу располагались книги, внешне уступающие толстым и хорошо переплетенным фолиантам первого книжного шкафа. В основном здесь были собраны различные издания произведений С. А. Есенина на языках народов мира, литературоведческие сборники о творчестве поэта, журналы с материалами о Есенине, библиографические справочники. Здесь многие издания не относились к библиофильским редкостям, такие книги были у большинства есенинолюбов.

Я тогда активно собирал свою книжную, журнальную и газетную коллекцию о творческой биографии С. А. Есенина. То, что стояло на верхних полках шкафа, у меня почти полностью было. Увидев, что я как-то равнодушно рассматриваю эти книги и журналы, хозяин квартиры открыл дверцы шкафа и попросил меня присесть. Он старался привлечь мое внимание к двум нижним полкам шкафа. Было заметно, что он явно гордился хранящимися на полках материалами. Позже я узнал, что осматривать эти полочки могли не все, кто приходил в гости к Сергею Прокофьевичу. Допуск к этим полочкам разрешался только есенинолюбам.

На нижней полке в аккуратных бумажных обертках стояли тоненькие книжечки. Сергей Прокофьевич взял одну из них и передал мне. Это была «Радуница», первая изданная в 1916 году в Петрограде книга стихов молодого рязанского поэта Сергея Есенина. О ней я только читал в научных монографиях. Можно понять то волнение, с которым я взял эту библиографическую редкость. В первый раз я держал есенинское прижизненное издание в руках. А хозяин подавал мне вторую, третью, четвертую... И так мне удалось подержать в руках и бегло просмотреть все имевшиеся у Юрчука есенинские прижизненные издания. Хозяин рассказывал, что ему удалось познакомиться со многими хранителями прижизненных есенинских изданий. У есенинолюба из Вязьмы П. Н. Пропалова их было 18, у В. М. Фридмана из Гомеля — 10, у Н. Н. Макеева из г. Нея — 15, у ялтинца И. А. Синеокого — 11. у москвича П. С. Краснова — 14. Наиболее полная коллекция прижизненных изданий была у есенинолюба из Ленинградской области Д. В. Екшурского. С помощью известного библиофила М. С. Лесмана, обладателя наиболее полной коллекции есенинских прижизненных изданий, удалось установить, что за свою непродолжительную жизнь С. А. Есенин издал 30 индивидуальных поэтических сборника с включением в этот перечень первого тома трехтомного «Собрания стихотворений», в подготовке к изданию которого поэт принял самое непосредственное участие. 1-й том вышел через три месяца после его трагической гибели. С. П. Юрчуку удалось собрать 24 прижизненные есенинские книги. Часть он приобрел у есенинолюбов, большую часть покупал у букинистов и на «черном» книжном рынке, некоторые выменял на собрания сочинений или другие подборки книг.

На этой же полке находились журналы и различные сборники, в которых имелись прижизненные публикации С.Есенина. Некоторые из них были ветхими, прошедшими через множество рук, но встречались и в хорошем состоянии, словно они только что вышли из типографии.

Владельцем этой есенинская коллекции был не филолог и даже не специалист одной из гуманитарных дисциплин. Хозяином был офицер, который стал увлекаться творчеством Есенина относительно недавно.

Всю свою жизнь Сергей Прокофьевич Юрчук отдал военной службе. Он помнил сложное предвоенное время, когда ему пришлось начать армейскую службу в лихолетье репрессий. От первого до последнего дня Великой Отечественной войны он сражался с фашистами. О наградах и ранениях не любил говорить. После войны охранял рубежи страны на Военно-Морском флоте вплоть до выхода на заслуженный отдых.

После демобилизации свободного времени оказалось много, что казалось ему абсурдным. Он не готов быть только домоседом. Гражданской профессии у С. П. Юрчука не было. Увлекся чтением, стал в личную библиотеку приобретать книги, встречаться с библиофилами. Серьезно увлекся коллекционированием графических рисунков, что привело его в Московский клуб любителей экслибриса. Через некоторое время его избирают секретарем-казначеем клуба. Это позволило ему активно встречаться с художниками, писателями, книгоиздателями, коллекционерами книг, экслибрисов, рисунков. В этом огромном океане нахлынувшей на него информации можно было легко запутаться, поэтому через некоторое время он значительно сузил круг своих запросов и интересов. Постепенно определилось его основное увлечение: стремление как можно больше собрать различных материалов о творческой биографии С. А. Есенина.

Поэзию Есенина Юрчук знал хорошо. Ему от родителей досталось несколько есенинских поэтических сборников. Но он стал тратить усилия не на осмысление поэзии Есенина, понимая, что филологической подготовки у него нет, а на изучение творческой биографии любимого поэта. В 50-60-е годы в стране происходило «второе рождение поэта». Интерес в Есенину сопровождался выводами, что белых пятен в его биографии за многолетний период замалчивания и запрещения его творчества очень много, некоторые биографические данные поэта обросли легендами, противоречивыми характеристиками, домыслами. Нужно было по крупицам собирать материалы, так как все меньше и меньше оставались в живых очевидцев, с которыми Есенин дружил или встречался.

С. П. Юрчук стал встречаться с жившими в Москве современниками поэта. В 1968 году он познакомился с Августой Леонидовной Миклашевской, которой С.Есенин посвятил цикл лирических стихотворений. Первая встреча с ней состоялась 8 декабря 1968 г. В своей записной книжке Сергей Прокофьевич записал: «8 декабря по телефону нам позвонила Миклашевская Августа Леонидовна, разговорилась с Верочкой (жена С. П. Юрчука — С.З.), пригласила нас к себе. (...) Состоялся очень приятный разговор о том, что к ней прислали журнал «Литературная Грузия» — на русском языке № 10, октябрь 1968 г. Там помещена статья Бебутова «О Сергее Есенине». Августа Леонидовна, довольная тем, что там хорошо написано о Галине Артуровне Бениславской. В Тбилиси живет женщина, учившаяся с ней в школе. Родом Бениславская из Грузии. Она была красивой внешности, много делала для Есенина, но незаслуженно забыта. Она была сиротой усыновлена поляком, почему и получила «польское происхождение, стала «полькой». Августа Леонидовна сказала, что Екатерина Есенина тяжело переживала не только потерю мужа В. Наседкина, погибшего по злому навету, но и смерть сына профессора Наседкина, очень талантливого, скоропостижно скончавшегося пару лет (назад) от инфаркта. Сейчас Костя Есенин, сын Сергея Есенина, болен, поправляется в санатории после перенесенного инфаркта. Муж Александры Есениной — Ильин Петр Иванович, очень тихий, спокойный и добрый человек. Дочь Татьяна Петровна Ильина работает в издательстве «Московский рабочий»»

Такие сведения Сергей Прокофьевич вряд бы узнал из газетных и журнальных публикаций того времени. Разве что в разговорах с осведомленными людьми. В июле 1971 г. Юрчуку позвонил Л. Ф. Филатов и в разговоре обмолвился, что и сейчас не все ценят и любят Есенина, так, например, писатель А. Б. Чаковский назвал его «поэтом для кухарок», поэт А. А. Сурков назвал Есенина «сумеречным поэтом», а поэтесса М. П. Алигер — «областным писателем».

С А. Л. Миклашевской Сергей Прокофьевич созванивался часто. Есть запись от 14 марта 1971 г.: «Позвонил А. Л. Миклашевской. Долго беседовали, ей хочется, чтобы к ней приехал Синеокий Иван Андреевич. На письма многим, почти всем, не отвечает, нет того настроения, при котором легко и свободно пишется. В газете «Советский спорт» за 23 апреля помещена статья «Подвиг боксера». Это о сыне А. Л. Миклашевской. В Рязани она играла в театре в 1930 г. Ей приятно было об этом вспоминать».

Встречи и беседы с коллекционером материалов о Есенине И. А. Синеоким помогали установить новые библиофильские связи, узнать много новых сведений из есенинской биографии, приобрести новые книжные знаки и газетно-журнальные малодоступные публикации. Дружеские отношения сложились с известными московскими есенинолюбами Ю. Б. Юшкиным, Н. Г. Юсовым и др.

Был рад любой приобретенной новинке. О некоторых приобретениях записывал в блокнот. «С большой неохотой согласился я поехать с Верочкой на Таганку, — писал 20 марта 1969 г. — в хозяйственный магазин за обоями. Надувался и ворчал. Однако обои были куплены и мы зашли в книжный магазин. Там есть один прилавок с букинистическими (книгами). Напомнил о том, что я собираю «Есениниану». Когда я в третий раз пробежал глазами все выставленные книги и одел очки, чтоб глянуть на дальние витрины, непосильные близоруким очам, продавщица откуда-то из-за витрины подала мне книгу Е. И. Наумова «Сергей Есенин. Жизнь и творчество» (Издательство «Просвещение», Москва-Ленинград, 1965). Улыбался во весь рот, так был обрадован. Книга очень хорошая, великолепно написана».

Помогали приобретать книги московские библиофилы. 28 марта 1969 г. А. Ф. Марков достал для Юрчука сборник «Стык». Это было удачное приобретение, так как сборник «Стык» вышел в 1925 г. в Издательстве Московского цеха поэтов с предисловием А. Луначарского и С. Городецкого. В сборнике напечатано стихотворение Ивана Приблудного, посвященное Сергею Есенину еще при жизни.

Спрос на есенинские материалы возрастал с каждым годом. В своем блокноте С. П. Юрчук записал 23 марта 1969 г.: «Спрос на литературу о Есенине и на его прижизненные всюду всё растет. Евгений Леонидович Карпов как-то пару дней тому назад позвонил и сказал, что Некрасов Вячеслав Михайлович из Ельца приобретает у Шнейдера И. И. за 55 рублей его книгу на английском языке, изданную в Лондоне и посвященную в основном Айседоре Дункан и Сергею Есенину. Некрасов только однофамилец поэта, студент 5 курса, ну совсем маньяк с книгами. Денег было только 25 р., 15 занял Карпов и еще кто-то должен прислать, т.е. большая половина в долг. Поговорил с Марковым, решили, что такая книга неимоверно дорога. (...) Издана через наше АПН с разрешения Советского Правительства. Написана она, конечно, хорошо. Но «Шанхайский сборник» 1947 года Марков расценивает в 20 рублей».

Неожиданно познакомился с троюродным братом Сергея Есенина Николаем Ивановичем Титовым, рабочим автозавода им. Лихачева. Встретились в книжном магазине. Узнав, что С. П. Юрчук интересуется книгами о Есенина, представился ему следующим образом: «Вы видите перед собой троюродного брата Сергея Есенина». За разговорами выяснилось, что у Николая Ивановича Титова дед был родным братом деда Сергея Есенина. Жаловался, что его мемуары не печатают. «Вышли на улицу, — записал С. П. Юрчук дома в блокнот. — Он сказал, что напечатано 1,5 страниц, а написал он рукопись 100 листов. На машинке. Предисловие писал к его рукописи Лев Озеров — поэт. Он (Титов Н.Н.) занимался в литературном кружке при заводе Лихачева, где раньше работал. Сейчас он на пенсии (...) Пообещал послать ему книгу «Персидские мотивы» и экслибрисы на есенинские темы. Он сказал, что многое о детстве Есенина смазано. Но он передал свою рукопись в Институт мировой литературы».

С. П. Юрчук любил ходить на встречи в Центральном Доме Литератора с интересными людьми. Запомнилась встреча 10 апреля 1969 г. с журналистом Н. К. Вержбицким. Он вначале долго говорил о своих встречах с В. И. Лениным, когда работал в РОСТА, потом перешел к воспоминаниям о С. Есенине. «У меня есть книга о Есенине и собаке, — записал Юрчук рассказ Н. К. Вержбицкого, — Есенин очень любил животных, он их прекрасно понимал, была какая-то близость. В Тифлисе переехал в мою квартиру. Когда мы сели на извозчика, начал рассказывать Есенин: «Меня собаки любят». Отворили дверь в комнату, где лежал барбос. Есенин спокоен. Собака поцеловала его в руку. Установилась нежнейшая дружба между этими чудными существами. Есенин садится за стол и тонко очищенным карандашом пишет и дает прочитать. Есенин не любил запятых. (...) Вдруг садится и дает стихотворное произведение. Я последовал за ними. Есенин сел на камень, пес покрутился, сел и смотрел. Огромное голубое небо. Чуть слышен шум ручейка. Метод творчества? Да создавал свои стихи. За эти минуты совершал самую сосредоточенную работу. Природа создала такого поэта. Барбос перестал есть и пить (после отъезда Есенина — С.З.). Подойдет барбос, понюхал письмо Есенина, стал носиться по (комнате). (Есенину) вышла мысль поехать в Константинополь. Не знал ничего о Персии, кроме того, что там жил Омар Хайям. Решил поехать в Персию через Босфор «Никогда я не был на Босфоре». Повеселиться никуда не поехали. Застряли в Батуми. Были в Сухуми. Гуляли, вышли на широкую улицу, перед нами возникло фантастическое зрелище. Тележка о 2 колесах. Пес на тележке. Две курицы по бокам. Белый кот. Дед небольшого роста седобородатый с лысым черепом, на котором сидел красный петух. Есенин схватил за локоть деда, остановил телегу. Подходит дед к Есенину и отдает пса. Мы не можем расстаться с псом».

На другой встрече В. М. Ходасевич рассказала, как А. М. Горький переживал смерть Есенина, просил её собирать все материалы о поэте. Сергей Прокофьевич был на встречах с художником Е. Н. Голяховским, библиофилом С. И. Чувановым, доктором наук И. С. Зильберштейном. Встретился и передал Е. Ф. Никитиной, ведущей «Никитинские субботники», фотографию, сделанную Юрчуком во время заседания Клуба книголюбов. На одной из фотографий Е. Ф. Никитина написала: «Вам Сергей Прокофьевич Юрчук на память о наших встречах».

7 февраля 1970 г. посетил М. Д. Ройзмана, работавшего над мемуарами «Всё, что помню о Есенине». О своих впечатлениях рассказал А. Л. Миклашевской. Она сказала, что когда М. Д. Ройзман был у неё в гостях, то очень удивился, что заслуженная актриса проживает в маленькой и скромной комнате. «Но Августа Леонидовна не из тех людей, — записал в блокнот С. П. Юрчук, — которые умели добывать. Она просто трудилась и жила как пришлось. Всё в той же комнате, где был у неё Сергей Есенин».

Через год Сергей Прокофьевич вновь позвонил М. Д. Ройзману. «Он узнал и признал меня, — записал разговор Сергей Прокофьевич. — Никуда не выходит. 73 года дают себя знать. Он бережется. Ругал Юшина за его книгу 1966 г. «Сергей Есенин», где на стр. 227 Юшин утверждал, что Есенин присягал контрреволюционному сброду. В дальнейшем он снял это утверждение. Обе книги у меня есть. Белоусов В. Г., как говорит Ройзман М. Д.,— не литератор, а типичный инженер, ограничен как инженер. (Я не стал спорить, вторая книга В. Белоусова «Сергей Есенин. Литературная хроника» говорит сама за себя). Воспоминания Галины Бениславской даже не дают в читальный зал. Видимо, Прокушев постарался, — заметил Матвей Давыдович. Книга им сдана, но он сейчас уже побаивается, что на него обрушатся все, кто писал мемуары».

Часто встречался или созванивался с поэтом Рюриком Ивневым, подарившего С. П. Юрчуку свои стихи, посвященные Есенину. От него же впервые услышал о выступлениях сына Есенина Василия в Сухуми. Сергей Прокофьевич высказал сомнение, что такой сын был у поэта, так как уже был знаком с Константином Сергеевичем Есениным, и от него узнал о всех детях Есенина. Рюрик Ивнев стал уверять, что это не обман, так как у него имелись афиши выступлений Василия Есенина в 1944 году. В это время там же выступал и сам Ивнев. Обещал Юрчуку найти фотографии Василия Сергеевича Есенина, воспитанника детского дома, который был очень похож на Есенина, к тому же отлично читал стихи. Рюрик Ивнев дополнил, что он фамилию, имя и отчество В. С. Есенина по паспорту проверил лично. (К этому стоит добавить, что Василий Есенин оказался самозванцем. Желающие могут прочитать об этом статью В. Е. Кузнецовой «Самозванец... Кто такой Василий Есенин?», опубликованной в газете «Мир Есенина» (№ 3), спецвыпуск Музея Сергея Есенина в Ташкенте в 1992 г.)

В записной книжке несколько раз встречаются записи о встречах с Р.Ивневым. Одна из последних сделана 20 июня 1971 г. «По приглашению Рюрика Ивнева был у него, — записал С. П. Юрчук. — У него был молодой поэт Вячеслав Резников. Рюрик Ивнев отдал мне некоторые свои фотографии, которые я присоединил к своей «есениниане». К нему приезжал с магнитофоном Костенко Василий Павлович из Киева. Записал на пленку его воспоминания, как говорил Рюрик, не новые, все давно известные и им опубликованные, но прослушать ленту Костенко не дал, сославшись на то, что в магнитофоне неисправность. Сошлись на мнении, что Костенко себе на уме».

Подружился с сыном поэта Константином Сергеевичем Есениным, о чем свидетельствовали подаренные с автографами книги известного футбольного статистика. Встреч было много. Сергей Прокофьевич огорчался, что у него не было писательского дара. Сохранившиеся в его записных книжках наброски свидетельствовали, что он больше внимания уделял регистрации различных фактов, а не их публицистическому описанию.

1 октября 1970 г. С. П. Юрчук о своей есениниане сделал доклад в Московском Доме художника. Слушатели были довольны, так как получили исчерпывающую информацию о многочисленных книжных знаках на сюжеты есенинской поэзии, а также сведения об отдельных биографических фактах.

Книжные знаки, посвященные С.А.Есенину, стали основным объектом собирательства Сергея Прокофьевича. Для него художники из разных городов страны создали 27 книжных знаков с есенинскими сюжетами. В большинстве случаев он экслибрисы специально не заказывал. Ему их дарили художники, отдавая тем самым должную дань и уважение увлечению отставного офицера. Прекрасный книжный знак создал для С. П. Юрчука известный московский график Е. Н. Голяховский. На экслибрисе изображен С. Есенин, сосредоточенно рассматривающий бабочку, сидящую у него на руке. Поэт боится её спугнуть. Вся эта нежность, хрупкость служит напоминанием о бережном отношении в поэтическому дарованию, которому не всегда легко жить в сложном материализованном мире и повседневном быте. Художник Г. Н. Карлов подарил Юрчуку экслибрис, созданный по мотивам стихотворения Есенина «Дай, Джим, на счастье лапу мне». Серию книжных знаков для Сергея Прокофьевича изготовил белорусский художник Е. Н. Тиханович, объединив свои работы темой есенинских стихотворений «Русь моя, деревянная Русь! Я один твой певец и глашатай». Лирические мотивы отразились в книжных знаках для Юрчука, исполненных украинским гравером С. В. Кукурузой.

В октябре 1970 г. в Московском клубе экслибристов С. П. Юрчук организует первую в Союзе выставку книжных знаков есенинской тематики из своей коллекции экслибрисов. Им была подготовлена и выпущена памятка «Сергей Есенин в книжных знаках (К 75-летию со дня рождения)» с небольшой его вступительной заметкой, приведены в качестве иллюстраций экслибрисы есенинолюбов. Мне не пришлось побывать на этом заседании клуба, но я начал вести переговоры с Сергеем Прокофьевичем об оказании им помощи для организации выставки экслибрисов есенинской тематики в Ташкенте. Он согласился помочь и передал мне для экспозиции из своей коллекции десятки книжных знаков. В 1975 г. такая выставка состоялась в Ташкентском окружном Доме офицеров. Был выпущен Узбекским обществом книголюбов каталог «Есениниана в книжных знаках: Каталог выставки из коллекции С. Зинина (Ташкент), С. Юрчука (Москва), В. Селиванова (Рязань). Ташкент, 1975, 24 с.»

Дружба моя с Сергеем Прокофьевичем Юрчуком продолжалась недолго. В 1976 г. я приехал в командировку в Москву. По стечению обстоятельств в это время перестало биться его сердце. Оказалось, что у него не было прямых наследников, да и родственников не оказалось. Это привело практически к гибели его прекрасной  коллекции. Когда я через полгода пришел по старому адресу, то новая хозяйка квартиры сказала, что она без сожаления выбросила какие-то многочисленные письма покойного, черновые  бумаги, заметки прежнего квартиросъемщика. «Мне это не нужно было, я и так их долго хранила»,— прощаясь, сказала она мне. Её не заинтересовало, что это были не просто письма одинокого человека, а переписка с лицами из окружения Есенина, что это были не только черновые бумажки, а наброски и заметки о творческом пути поэта.

Только через два года мне позвонили из Москвы и предложили выкупить сохранившиеся у кого-то прижизненные издания Есенина. Это были книги, которые я видел в собрании С. П. Юрчука. Об этом свидетельствовали наклеенные на них его экслибрисы. При первой же возможности я их выкупил. Правда, досталось мне только 19 книг из 22 прижизненных, собранных Юрчуком. Не было в сохранившейся коллекции таких есенинских прижизненных книг как «Стихи скандалиста», «Москва кабацкая». Когда в 1982 году в Ташкенте открылся Общественный музей Сергея Есенина, то я все прижизненные есенинские поэтические сборники, как и подборку книг, журнальных и газетных статей о творчестве поэта, а также книжные знаки есенинской тематики, передал в фонд музея, где они хранятся и по сей день.

Я часто с большой теплотой вспоминаю Сергея Прокофьевича Юрчука с его влюбленностью в поэзию Сергея Есенина. Он относился к тем немногочисленным энтузиастам, которые стояли у истоков мощного движения есенинолюбов в стране. Иногда перечитываю запись С. П. Юрчука, сделанную им на одной из подаренных мне книг: «Сергею Ивановичу Зинину. Моему гостю в день первого знакомства московского, в знак общей любви к поэту. С дружбой. Сергей Юрчук. Москва. 20 июля 1975 г.»

Жизнь продолжается.

Добавить комментарий

Комментарии проходят предварительную модерацию и появляются на сайте не моментально, а некоторое время спустя. Поэтому не отправляйте, пожалуйста, комментарии несколько раз подряд.
Комментарии, не имеющие прямого отношения к теме статьи, содержащие оскорбительные слова, ненормативную лексику или малейший намек на разжигание социальной, религиозной или национальной розни, а также просто бессмысленные, ПУБЛИКОВАТЬСЯ НЕ БУДУТ.


Защитный код
Обновить

Яндекс цитирования
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика
Проверенная химка danabol.com.ua/catalog/kupit-testosteron-ehnantat в магазине danabol.com.ua