Номер в номере номер пять
Сергею Есенину люди в кожанках помогли-таки оставить этот мир.

Незадолго до своей трагической кончины поэт имел неосторожность обмолвиться: "Ох, и надоели мне все эти феврали, октябри и революции... До печенок!" И продолжил - о подспудном желании покинуть СССР навсегда...

Естественно, приезд Есенина в Ленинград 24 декабря 1925 г. власти могли расценить как начало попытки эмиграции. Тем более, что прошлое отношений поэта с ВЧК - ГПУ украшено решетками Лубянки, Бутырки, а также 12 уголовными делами, зачастую спровоцированными.

В северной столице Есенин остановил выбор на гостинице "Англетер", переименованной к тому времени в "Интернационал. Собственно, найти угол в центре города помогла протекция журналиста Григория Устинова, снимавшего с женой комнату в этом отеле. Друзья поэта, узнавшие о его приезде, не замедлили составить компанию, постоянно пребывавшую в гостиничных апартаментах.
27 декабря эти несколько человек выпили полудюжину пива - у Сергея на большее не было денег; у друзей, как водится - и подавно. К тому же, по советским обычаям, крепкие напитки в дни Рождества не продавались.

Незадолго перед этим Москва принимала ХIV съезд ВКП(б), на котором группа делегатов "Новой оппозиции", имевшей центр в колыбели революции, где властвовал Г. Зиновьев, выступила против линии ЦК. Дело дошло до того, что ленинградские коммунисты заявили о несогласии с решениями съезда.

В органах ГПУ, милиции, прокуратуре объявили повышенную готовность. Круглосуточно дежурили бригады уполномоченных, следователей, собаководов. Отель "Интернационал" находился в пяти минутах ходьбы от упомянутых учреждений.

... Тускло забрезжило питерское утро 28 декабря. В половине одиннадцатого супруга журналиста Устинова постучала в дверь с номером 5... Тишина. Повторный стук тоже остался безответным. Тщетными оказались и попытки открыть запертую дверь. Странно, ведь Есенин утром никуда не собирался...

Подоспевший Вольф Эрлих умножил пробы достучаться к постояльцу.
Наконец, ощутив неладное, женщина побежала за управляющим. В. М. Назаров, по совместительству сотрудник ЧК, долго возился с замком, открыл, затем удалился.

Эрлих с Устиновой вошли в номер - и увидели мертвого поэта. Испуганная дама снова метнулась к Назарову, тот невозмутимо позвонил в милицию...

Трагическая гибель известного всему миру поэта была, несомненно, чрезвычайным происшествием. И на место, казалось бы, должны направить опытную следственную бригаду.

Однако в гостиницу явился рядовой милиционер Н. Горбов, имевший 6-месячный стаж работы. В присутствии управляющего и понятых участковый составил акт, из которого следовало:

- Мужчина оказался повешенным на стояке центрального отопления, ступни находились в полутора метрах от пола.
- Петля была незатянутой и шла от гортани к ушам.
- На лице и теле ожоги от контакта с горячей трубой.
- Под левым глазом синяк, над правой бровью - рана с копейку; порез правой руки в районе подмышки.
- По документам повешенный - Есенин С. А.

Составитель акта допустил ряд профессиональных ошибок: не зафиксировал следов крови, не описал состояние замков, запоров и вещей в номере, не приобщил вещественных доказательств.
В качестве понятых свои подписи оставили поэт Всеволод Рождественский, критик П. Медведев, литератор М. Фроман.
Кроме того, письменные объяснения были взяты со свидетелей Е. Устиновой, В. Эрлиха и В. Назарова.

Прибывшие понятые видели труп уже на полу, хотя, визируя акт, подтверждали тем самым повешение на трубе. Кстати, созерцать висевшее тело не довелось и свидетелям, о чем говорят их показания. Выходит, погибшего на весу наблюдал только участковый милиционер. Событие, видимо, очень потрясло троих литераторов, и они не заметили некоторых деталей. Как, например, Есенин с порезанной рукой укрепил петлю под самым потолком, и ни капли крови не упало ему на лицо и одежду? А как вообще низкорослый поэт дотянулся до высоты 3 метров 80 сантиметров? И где он взял веревку? И почему та не съехала по вертикальному стояку?

Поэт Вс. Рождественский вспоминал роковое утро: "Прямо у порога, наискосок, лежало на ковре судорожно вытянутое тело. Правая рука слегка поднята и окостенела в непривычном изгибе. Распухшее лицо было страшным - в нем ничто уже не напоминало прежнего Сергея, кроме легкой желтизны волос. Одет он был в модные, недавно разглаженные брюки. Щегольский пиджак висел тут же, на спинке стула..."

Этот пиджак затем бесследно исчез.

... В номер прибежал запыхавшийся художник В. Сварог, сделавший рисунок лежавшего на полу трупа. Бумага запечатлела расстегнутые и приспущенные брюки, растрепанную рубашку, подтяжки не на месте. Выполненный позже снимок специалиста художественной фотографии М. Наппельбаума демонстрирует совершенный порядок в одеянии покойного...

На следующий день в морге Обуховской больницы состоялось патологоанатомическое исследование тела поэта. Аутопсию выполнил 55-летний А. Гиляревский, выпускник Военно-медицинской академии, имевший богатый опыт полицейского врача.

В акте вскрытия прозектор указал: "... На шее под гортанью - красная странгуляционная борозда, идущая вверх и теряющаяся слева под ушной раковиной, справа - у затылочной области". Механика учит, что гибкая связь (веревка) всегда направлена по прямой между точкой нагрузки (гортань) и точкой подвеса (стояк). След этой прямой (странгуляционная борозда) идет из-под челюсти к затылку. Следовательно, на весу тело прижалось бы к трубе не лицом, как зафиксировал участковый, а спиной. Еще одно противоречие...
Отыскались свидетельские показания А. Л. Назаровой - жены управляющего "Интернационалом". Опрошенная сообщила, что ее муж, чекист, однажды пришел с работы и лег спать. Неожиданный телефонный звонок заставил его немедленно вернуться на службу. Вторично возвратившись, супруг поведал, что у них в гостинице повесился знаменитый Есенин. Таким образом, эта смерть наступила вечером 27 декабря, о чем тогда же кто-то известил управляющего.
Свыше семи десятилетий звучала официальная версия самоубийства прекрасного поэта. Дескать, жил талантливый человек, писал о деревне, березках, любви; крепко пил, потом бросал детей, менял женщин; ленился прочесть "Капитал", вступить в комсомол и принять революцию... Итог: горемыке ничего не оставалось, как повеситься. А потом ему приписали наркоманию, алкоголизм, разврат и хулиганство. Биографию заменили строчками стихов, превращенных в улики против самого автора. Пустили даже слух, что Есенин - английский шпион и выбрал петлю из боязни разоблачения. Врагов у Сергея хватало...

А вот конфиденциальное мнение художника В. Сварога о происшествии в пятом номере отеля "Интернационал".

"... Мне кажется, этот Эрлих что-то подсыпал ему на ночь... пусть не яд, но сильное снотворное. Не зря он оставил свой портфель в номере Есенина. И домой спать не ходил - с автографом его стихотворения "До свиданья, друг мой..." в кармане. Пожалуй, вся их компания выжидала своего часа в соседних номерах. Обстановка была нервозная, после московского съезда всюду сновали люди в кожанках. Сергея торопились убрать...

Сначала использовали удавку - правой рукой Есенин пытался ослабить ее, так и закоченел в судороге. Его голова была на подлокотнике дивана, когда последовал удар в лицо. Антабка - место крепления ремешка под рукояткой нагана - оставила рану выше переносицы.

Потом Сережу закатали в ковер и хотели спустить с балкона - за углом ожидала машина. Но сверток не пролез в балконную дверь, и его оставили у щели, на холоде.

Пили, курили, сорили, натоптали... Я, когда рисовал, заметил массу ковровых ворсинок на брюках и волосах. Потом, выпрямляя руки, полоснули бритвой по сухожилиям. Сняли пиджак, измятый и порезанный, ценные вещи рассовали по карманам. Вешали второпях, уже глубокой ночью. Когда разбежались, остался Эрлих - сымитировать самоубийство. Он же и положил на видное место листок с прощальным стихотворением. А разрезанный пиджак потом кто-то украл..."

Интересно свидетельство некоего В. Шилова, преподавателя ленинградского техникума. За день до смерти поэта он договорился с Есениным о встрече, получив приглашение в гостиничный номер. Вечером в назначенный срок Шилову никто не открыл. Он решил дождаться в вестибюле, откуда заметил, как номер Есенина покинули двое мужчин. Визитеры заперли дверь на ключ и направились к ожидавшему их автомобилю. Наутро город всколыхнуло известие о смерти поэта...

***
Трагична судьба и многих людей, любивших Сергея Есенина.
- Галина Бениславская застрелилась 3.12.1926 на могиле поэта. Оставленная предсмертная записка содержала слова: "Под этой плитой для меня все самое дорогое..."

- Свою чашу испила до дна вторая жена, Айседора Дункан. Еще до знакомства с Есениным ее постигло горе: гибель детей от первого брака с сыном швейного фабриканта Зингера. Малолетние мальчик и девочка утонули с автомобилем, ненадежно припаркованным у парижской набережной и скатившимся в Сену.

14.09.1927 другой открытый экипаж оборвал жизнь матери несчастных малышей: Айседору задушил шарф, намотавшийся на колесо машины.

- Зинаиду Райх, первую жену поэта и мать его детей, Татьяны и Константина, в собственной квартире летом 1938-го зарезали агенты ВЧК.

***
Зато неофициальной супруге Есенина в 1923 - 1924 годах Н. Д. Вольпиной выпал долгий век. Надежда Давыдовна, поэтесса, давний член Союза писателей СССР, в феврале 1991-го отметила свое девяностолетие.

И уж совсем повезло их сыну, Александру Сергеевичу Есенину-Вольпину. Он, родившийся 12.05.1924 в Ленинграде, сумел воплотить несбывшееся желание отца: будучи 48-летним мужчиной, покинул СССР и переехал в Америку.

Правда, Родина успела поправить его здоровье трехлетней ссылкой и еще большим сроком пребывания в психбольницах - по обвинению в инакомыслии.

В США Есенину-Вольпину психику не рихтовали на общий лад. Математик по образованию, сын русского поэта посвятил себя исследованиям в особой ветви "царицы всех наук" - ультраинтроционалистской критике.

Что же до дружбы с музой, Александр Сергеевич еще в 1960 г. издал за рубежом книжку с тридцатью собственными стихотворениями - половиной из того, что написал. Позже - остыл к поэзии. А ныне вообще не любит говорить о своих стихах.

Анатолий Довбня