Поиск по сайту

Наша кнопка

Счетчик посещений

33418334
Сегодня
Вчера
На этой неделе
На прошлой неделе
В этом месяце
В прошлом месяце
5678
9220
75440
31273620
206827
267230

Сегодня: Окт 21, 2019




ЗИНИН С.И. Софья Толстая — жена Сергея Есенина

PostDateIcon 12.12.2010 15:23  |  Печать
Рейтинг:   / 12
ПлохоОтлично 
Просмотров: 23920


Литературный секретарь поэта

С. А. Толстая надеялась, что творческая работа может отвлечь Сергея Есенина от чрезмерного увлечения вином. Всячески поддерживала идею мужа о создании своего литературного журнала. И. В. Грузинов вспоминал: «1925. Осень. Есенин и С. А. Толстая у меня. Даю ему новый карандаш. — Люблю мягкие карандаши, — восклицает он, — этим карандашом я напишу строк тысячу! Мысль о создании журнала до самой смерти не покидает Есенина. На клочке бумаги он набрасывает проект первого номера журнала…»
С. Есенин и С. Толстая. 1925 г. (фрагмент фотографии)О журнале С. Есенин вел разговоры дома. «В конце осени Есенин опять думал о своем журнале, — писал В. Наседкин. — С карандашами в руках, втроем, вместе с Софьей Андреевной, мы несколько вечеров высчитывали стоимость бумаги, типографских работ и других расходов».
Софья Толстая стала фактически выполнять обязанности литературного секретаря поэта. Она принимала непосредственное участие в подготовке собрания сочинений С. Есенина. Некоторые стихотворения были ею вновь переписаны. С. Есенин вносил поправки в эти копии. С. А. Толстая бережно хранила эти материалы, которые позже оказывались единственными источниками, так как подлинники стихотворений поэта терялись. На переписанных текстах Софья Андреевна позже записала: «Эти стихи были переписаны мною, когда Сергей готовил рукопись своего полного собрания для Госиздата. Правки сделаны его рукой. С. Есенина».
С. А. Толстая записывает под диктовку Есенина новые стихи, которые должны войти в «Собрание сочинений». Она вспоминала: «Осенью 1925 года, вскоре после возвращения в Москву из поездки на Кавказ, где Есенин работал главным образом над продолжением цикла «Персидских мотивов», он несколько раз говорил о том, что хочет написать цикл стихов о русской зиме. Необычайное многообразие, яркость, величавость, сказочная, фантастическая красота нашей зимы, которую с детства любит всякий русский человек, увлекали Есенина, глубоко любившего свою родную страну, пробуждали в нём высокие поэтические настроения, рождали новые прекрасные образы и сравнения. (…). «Эх вы, сани! А кони, кони!..» — первое стихотворение в этом цикле. За ним последовали другие на эту тему. В течение трех месяцев, почти до самой своей смерти, Есенин не оставлял этой темы и написал двенадцать стихотворений, в которых отразилась русская зимняя природа. (…) В начале октября 1925 года, в последний год своей жизни, Сергей Есенин увлекался созданием коротких стихотворений. 3 октября были написаны «Голубая кофта. Синие глаза…» и «Слышишь — мчатся сани…». В ночь с 4 на 5 октября он продиктовал мне семь шести- и восьмистрочных стихотворений. На другой день по этой моей записи Есенин сделал небольшие поправки».
Сергея Есенина, который щедро дарил автографы своих произведений, такая щепетильность жены в сохранении материалов выводила из себя. Он усматривал в этом какой-то контроль над собой. «Соня хотела быть помощницей ему, — вспоминала Екатерина Есенина, — она хотела, чтобы ни одно слово, написанное его рукой, не пропало. Сергей не любил оставлять ненужное. Его раздражала её излишняя забота, но он стеснялся сказать ей об этом, и раздраженность накапливалась с каждым днем.
— Она заживо из меня музей хочет сделать, какой ужас! Как это тяжело. Везде во всем музей».
С. А. Толстая содействует публикации новых произведений поэта, ходит с Есениным по издательствам. «По возвращении, — вспоминал И. В. Евдокимов, — он несколько раз был вместе с женой в отделе, и мы втроем, усевшись тут же за стол, работали над распланированием стихотворений.
— Я, понимаешь, Евдокимыч, хочу так, — заговорил он появившись в первый же раз после приезда, — я обдумал… В первом томе — лирика, во втором — мелкие поэмы, в третьем — крупные. А? Так будет неплохо. Тебе нравится?
— Как хочешь, — отвечал я, — это твое дело…»
В ноябре 1925 года редакция журнала «Новый мир» обратилась к Есенину с просьбой дать новую большую вещь. С. Есенин решил напечатать «Черного человека». Он увлеченно работал над подготовкой поэмы к печати в течение двух вечеров 12 и 13 ноября. Помощницей была Софья Андреевна. Она сделала краткие записи в перекидном календаре: «Переписано с первоначального черновика. Исправления (вставка и слитье строк) сделаны по приказанию Сергея».
12 ноября. Четверг (…) «Черный человек».
13 ноября. Пятница. Кончен «Черный человек».
14 ноября. Суббота (…) В «Современную Россию». «Журналист». Сдан «Черный человек».
Этот день надолго запомнился С. Толстой. 14 ноября 1932 года С. А. Толстая записала: «Семь лет тому назад в этот вечер (14) он (Есенин) кончил «Черного человека», пришел ко мне на диван, прочел его мне. (…) потом сказал: «Он (черный человек) вышел не такой, какой был прежде, не такой страшный, потому что ему так хорошо со мною было в эти дни».
Категорически Софья Андреевна не соглашалась с теми, кто говорил, что драматическая поэма С. Есенина «писалась чуть ли не в состоянии опьянения, в каком-то бреду». По её мнению, такое утверждение рождено было «дремучей обывательщиной». В 50-е годы Софья Андреевна вспоминала: «Ведь «Черному человеку» Сергей отдал так много сил! Написал несколько вариантов поэмы. Последний создавался здесь, в этой комнате, в ноябре двадцать пятого года. Два дня напряженной работы. Сергей почти не спал. Закончил — сразу прочитал мне. Было страшно. Казалось, разорвется сердце. И как досадно, что критикой «Черный человек» не раскрыт… А между тем я писала в своих комментариях. Замысел поэмы возник у Сергея в Америке. Его потряс цинизм, бесчеловечность увиденного, незащищенность человека от черных сил зла. «Ты знаешь, Соня, это ужасно. Все эти биржевые дельцы
это не люди, это какие-то могильные черви. Это «черные человеки».
С. Есенин и С. Толстая вместе продолжали работать над составлением «Собрания сочинений». Издательские сроки поджимали. Необходимо было уточнить время создания того или иного произведения. Память на установление точных дат С. Есенина порой подводила. Он выписал себе документ для поиска в Румянцевской библиотеке опубликованных стихотворений в старых журналах, привлекает для помощи своего двоюродного брата Илью. Постепенно макет собрания стал приобретать удобный для издательства вид.
И. Евдокимов писал об этих днях: « Есенин (…) мельком заходил ко мне, раздраженно бормотал о каких-то и от кого-то обидах, собирался куда-то уезжать, а потом внезапно поднимался, сули зайти — и не заходил. При таком его состоянии работа над изданием была немыслима.
Вдруг как-то позвонила жена по телефону: и на второй, на третий день он пришел вместе с ней.
Мы уселись за стол. Я выложил стихотворения. Есенин исхудал, побледнел, руки у него тряслись, на лице его, словно от непосильной работы, была глубочайшая усталость, он капризничал, покрикивал на жену, был груб с нею… И тотчас, наклоняясь к ней, с трогательной лаской спрашивал:
— Ты как думаешь, Соня, это стихотворение сюда лучше?
А потом сразу серчал:
— Что же ты переписала? Где же то-то, понимаешь, недавно-то я написал? Ах, ты!..
И так мешались грубость и ласка все время.
В отделе было душно и жарко. На лбу у него был пот, влажные руки он вытирал о пиджак.
— Сережа, ты разденься, — подсказал я, — тебе будет удобнее.
(…) Сделали первый том. Начали определять даты написания вещей. Тут между супругами возник разлад. И разлад этот происходил по ряду стихотворений. Есенин останавливал глаза на переписанном Софьей Андреевной произведении и ворчал:
— Соня, почему ты написала тут четырнадцатый год, а надо тринадцатый?
— Ты так сказал.
— Ах. Ты всё перепутала! А вот тут надо десятый. Это одно из моих ранних… Нет! Н-е-т! Есенин задумывался. — Нет, ты права! Да, да, тут правильно.
Но в общем у меня получилось совершенно определенное впечатление, что поэт сам сомневался во многих датах. Зачеркнули ряд совершенно сомнительных. Долго обсуждали — оставлять даты или отказаться от них вовсе. Не остановились ни на чем. Проработали часа полтора-два. И сделали два тома. (…)
Собирались и еще и еще. Есенин несколько раз приносил новые стихотворения, но уже небольшими частями, проставлял некоторые даты, а главную, окончательную проверку по рукописям откладывал до корректуры…»
Участие С. А. Толстой в подготовке первого собрания сочинений С. Есенина нигде юридически не оформлялось. Делала она это из любви к мужу. Когда в 1927 году возникла необходимость подтверждения её работы над собранием сочинений С. Есенина, И. В. Евдокимов написал ей: «Софья Андреевна, одновременно с этим я пишу в Местком Союза писателей о том, что Вы принимали участие в литературной работе над 3 томами «Собрания» сочинений С. А. Есенина, читали корректуру в окончательном виде и как бы за него подписывали тома к печати, весь автограф написан Вашей рукой и т.д. ГИЗ, конечно, Вам ничего выдать не может. Если моего письма будет недостаточно, попробуйте обратиться в ГИЗ».

Добавить комментарий

Комментарии проходят предварительную модерацию и появляются на сайте не моментально, а некоторое время спустя. Поэтому не отправляйте, пожалуйста, комментарии несколько раз подряд.
Комментарии, не имеющие прямого отношения к теме статьи, содержащие оскорбительные слова, ненормативную лексику или малейший намек на разжигание социальной, религиозной или национальной розни, а также просто бессмысленные, ПУБЛИКОВАТЬСЯ НЕ БУДУТ.


Защитный код
Обновить

Яндекс цитирования
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика