ВЕРТИНСКИЙ Александр Николаевич (1889-1957) — русский артист эстрады, поэт и композитор. По окончании гимназии играл в драматическом театре «Алатор» в Москве. В 1915 впервые выступил как автор и исполнитель своих песен (в гриме и костюме Пьеро). В 1914-1918 снимался в кино («Король без венца», «От рабства к воле» и др.). В 1919 эмигрировал. В 1920-1943 выступал с концертами в Польше, Румынии, Германии, Франции, Италии, Англии, Китае, США и др. странах; одновременно снимался в фильмах. С 1943 жил и работал в СССР. Создал своеобразный жанр музыкальной новеллы. Для исполнительского мастерства характерны пластичность жестов, разнообразие интонаций, богатая нюансировка. Ранним произведениям присущи черты декаданса («Ваши пальцы пахнут ладаном» и др.). В большинстве своих музыкальных миниатюр создал яркие лирические образы.
Среди произведений — песни тоски по родине («Чужие города»), лирические песни на собственные слова («Иная песня», «Прощальный ужин», «Пред ликом Родины», «Аравийская песня»). Ему принадлежит также музыка песен на слова Блока, Есенина и др. В 1943 создал цикл патриотических песен на тексты советских поэтов («Юность мира» Антокольского, «Куст ракитовый» Шубина и др.). Снимался в фильмах «Заговор обречённых» (1950, Сталинская премия 1951), «Великий воин Албании Скандербег», «Анна на шее» и др. «Последователей у меня не может быть, — любил повторять Вертинский, — потому что нужно соединять в себе четыре главных качества: быть поэтом, композитором, певцом и артистом».

Прошло каких-то два-три года после его смерти, и появился феномен КСП и любой из бардов, хорошо ли, плохо ли, но был и тем, и тем, и тем. За бардами подтянулись рокеры. Одиозная «Агата Кристи» выпустила в 1991 году убойный альбом «Декаданс», полный образов, настроений и поведенческих моделей из «печальных песенок» Вертинского. Многие и сейчас напряженно гадают, где же таятся причины исключительной популярности Вертинского, который и петь-то едва умел, и нот не знал. Дело в том, что возник он на волне футуристического протеста против пустословия и беспомощности поздних символистов. Его хлесткие сюжетные ариэтки выгодно отличались от неискреннего ширпотреба старших современников-декадентов.

Существует еще один панк-ученик Вертинского. Это «Ва-Банкъ», который известный рок-деятель Р. Шебалин почти справедливо обозвал «салонно-блатным отпрыском московской школы». В своих симпатиях к эгофутуризму Скляр расписался в альбоме «Живи, живое!!!», поставив к нему эпиграфом цитату из Северянина. Тексты же Вертинского Скляр «исколесил» вдоль и поперек, это все «его, родное», он использует цитаты из него на свое усмотрение — без жесткой привязки к первоисточнику. Подобным образом любил действовать и сам Вертинский — «Прощальное письмо» Есенина он перелопатил так, что получилось вполне самостоятельное произведение. В альбоме «На кухне» «Ва-Банкъ» исполняет этот вариант — романсом поминается недавно погибший друг самого Скляра Женя Круглый.

«Последнее письмо» (А. Вертинский — С. Есенин)

«Каторжная» («В том краю, где жёлтая крапива...»)