Поиск по сайту

Наша кнопка

Счетчик посещений

39358598
Сегодня
Вчера
На этой неделе
На прошлой неделе
В этом месяце
В прошлом месяце
1504
13537
31812
37234959
31812
428021

Сегодня: Март 03, 2021




Уважаемые друзья!
На Change.org создана петиция президенту РФ В.В. Путину
об открытии архивной информации о гибели С. Есенина

Призываем всех принять участие в этой акции и поставить свою подпись
ПЕТИЦИЯ

МИЛОНОВА Н. Воспоминания (О Иване Приблудном)

PostDateIcon 21.06.2010 11:58  |  Печать
Рейтинг:   / 2
ПлохоОтлично 
Просмотров: 9856

 

12

Я вернулась в Москву, вскоре за мной Иван. Вернулись мы в дом к моим родителям, но жить там нам было негде. Надо было думать о своем жилье, искать частную квартиру — ни на что другое не было надежд. Кроме того, так как заработок у Ивана был нерегулярный, я должна была устраиваться на работу, что в 1929 году было еще нелегким делом. Но мне помог наш общий друг и сокурсник, Борис Гроссман; он договорился с руководителем некоего литературного учреждения и назначил мне день и час, когда я должна была туда явиться. Очень довольная, я сообщила об этом Ивану, а он, совершенно неожиданно для меня, встал на дыбы. «Моя жена не будет ходить на службу» – трагически возглашал он. Я убеждала его, доказывала, что семье необходимо иметь ежемесячный лимит — бесполезно! «Это не твое, это мое дело», — заявлял он. «Нет, я все-таки пойду работать», — настаивала я. «Ну, попробуй!» — угрожающе закончил он.
В назначенный день я так и не пошла в указанное учреждение. Мне позвонил по телефону Борис Гроссман и с возмущением рассказал, что Иван был у человека, который хотел мне помочь, и грубо оскорбил его. «Что же мне теперь делать?» — спрашивала я Бориса. «Ну, не знаю, пойди, поговори, ты ведь не виновата» — советовал Борис. Мне было так стыдно, что я спасовала и не пошла разговаривать с тем, кого оскорбил мой муж. Да это было и бесполезно, все равно Иван не дал бы мне работать.
Жить мы продолжали у моих родителей. Спали в небольшой общей комнате — столовой — всем мешая. Иван быстро вошел в свой прежний ритм жизни, со всех сторон его обступало интересное, каждый день ему было необходимо бывать и тут, и там, бывали случаи, когда он «не успевал» прийти домой ночевать. У него не только не было времени искать для себя и своей жены жилье, он даже не ощущал в этом необходимости. Если напоминала об этом, обещал: «вот, в понедельник я пойду», или: «вот, в четверг мы поедем…» Пришлось мне, в то время практически беспомощной и мало энергичной, взяться за это дело самой.
После долгих мытарств, бесплодных хождений и поездок, я нашла нам комнату в дачного образца доме в поселке Лосиноостровск. За первые три месяца квартиру оплатили мои родители, надеясь, что самостоятельная жизнь приучит нас приспосабливаться к обстоятельствам, а пойти ко дну совсем они нас не допустят.
Мы поселились в небольшой уютно-квадратной комнатке с двумя окнами на улицу. Родители дали мне в приданое старый платяной шкаф, комод и письменный столик. Хозяйка предоставила кровать. На первых порах мы с Иваном сильно поспорили: окна первого (и единственного) этажа выходили прямо на улицу. Вечером, когда в комнате зажигался свет, каждый прохожий видел все, что у нас происходит. Из сурового полотна я соорудила портьеры (боже упаси, не кисейные занавески). Но и полотняные портьеры вызвали бурный протест Ивана: «Заведи еще канарейку!» — шумел он. Занавески и канарейки были в те времена символом мещанства. Хорошо, я сняла портьеры, зато по вечерам не разрешала ему приближаться ко мне ближе, чем на метр. Тогда он сдался.
Была зима, после морозной улицы так хорошо было в теплой и светлой комнате, хорошо было угощать мужа обедом своего приготовления, слушать рассказы о проведенном им в Москве дне (а я должна была дожидаться его приезда на месте). Хорошо было просыпаться утром и видеть его за письменным столом, уже работающим. Иногда он просыпался ночью: «Муха, муха (это его ласковое прозвище мне), где карандаш, скорей, скорей, сейчас забуду…», хорошо было находить на подушке записку:

Я проснулся и умыт давно,
А жена моя еще ночует.
Я морозу напустил в окно,
А жена моя его не чует.
Вот заря над миром занялась
И рассвет пылает над Россией.
Экая сонливая жена!
Милосердный господи, прости ей!
Да, все было хорошо, когда были деньги. А они бывали редко. Я выкручивалась, заложила в ломбарде свои золотые часики, подарок бабушки в предвидении моего замужества (мне так и не удалось их выкупить), Иван занимал направо и налево. А, когда получал деньги, покупал роскошные гостинцы, ненужные мелочи и… мы опять сидели на бобах.
Постепенно мы оба начали от этого образа жизни уставать. Иван ежедневно уезжал в Москву и вел свой обычный, очень интересный для него образ жизни. Я сидела безвыездно в Лосиноостровске, часто без денег и полуголодная, а, главное, без всякого дела. Ехать в Москву к родителям просить денег или, хотя бы, совета мне было стыдно — они были так явно против моего замужества. У меня начинал портиться характер: я ворчала, брюзжала, а, иногда, и сердилась. Однажды он не приезжал домой двое суток. Две ночи я проплакала и, как когда-то в Ленинграде, «принимала решение». Вернувшегося, наконец, домой Ивана я встретила горькими упреками. Похоже было, что он тоже провел две бессонных ночи — был очень раздражителен, назвал «мещанкой» и… сорвалось у него с языка: «мне эта затея уже надоела!». Как раз об этом я и думала последние две бессонные ночи.
Я ждала ребенка. И думала, думала, думала, думала… как же я буду его растить с таким отцом? Никаких надежд на изменение характера Ивана не было — слава богу, я знала его столько лет! Опыт со «своим домашним очагом» не удался. Не скрою, примешалась тут и некая девушка, письма которой, помеченные недавними датами, я обнаружила у него в ящике.
В конце концов, я решилась и поехала к папе с мамой. Все им искренно рассказала и мои долготерпеливые и великодушные родители сказали мне: «Возвращайся домой, а ребенка воспитаем».
Какое облегчение я испытала от этого разговора с родителями! Все, связанное с Иваном, куда-то отодвинулось, как будто я освободилась от какого-то гнета и передо мной засияла (не боюсь избитого прилагательного) такая светлая и чистая цель — ребенок.
В тот же день я пошла в ЗАГС и развелась с Иваном. Тогда это было просто, не требовалось даже присутствия другой стороны. Я в паспорте значилась разведенной, а Иван так до самого конца своей жизни ходил женатый. Из ЗАГСа я пошла в бюро перевозок и заказала грузовую машину для перевозки мебели.
Спать я легла дома на своем старом месте. В два часа ночи всех разбудил Иван, в испуге примчавшийся из Лосиноостровска. Ни я, ни мои домашние ничего ему не сказали. И он, как будто почувствовав неладное, был кроток, не упрекнул меня за отъезд без предупреждения. Утром мы с ним поехали в Лосиноостровск. У него оказались на этот раз деньги. В кондитерской он купил десяток пирожных, был нежен и предупредителен, и московские дела его оставили в покое. И только прибыв в «наш дом» я показала ему паспорт с отметкой о разводе.
Двое суток он бушевал. И просил, и обещал, и грозил… Но мне уже не было до него никакого дела. И действительно, в дальнейшем, на взгляд посторонних, все как будто пошло по старому: он приходил, когда хотел, уходил, когда хотел; я его жалела, заступалась за него, заботилась о нем, — но он для меня уже ничего не значил, я перестала ощущать его своим обидчиком.
Я так занята была своими материнскими делами, что перестала интересоваться делами Ивана. Пытаясь вызвать мою ревность, он много рассказывал мне о своих знакомых девушках и женщинах; но однажды, когда я подала ему какой-то совет в отношении очередной девушки, он рассердился и перестал со мной делиться. Когда приблизилось время моих родов, он уехал в Крым в санаторий. <…>

Добавить комментарий

Комментарии проходят предварительную модерацию и появляются на сайте не моментально, а некоторое время спустя. Поэтому не отправляйте, пожалуйста, комментарии несколько раз подряд.
Комментарии, не имеющие прямого отношения к теме статьи, содержащие оскорбительные слова, ненормативную лексику или малейший намек на разжигание социальной, религиозной или национальной розни, а также просто бессмысленные, ПУБЛИКОВАТЬСЯ НЕ БУДУТ.


Защитный код
Обновить

Яндекс цитирования
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика